ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ ФАНТАСТИКИ
Get Adobe Flash player

«Что мне сегодня в голову лезет?» – поразилась Энжел и покраснела. Она даже предположила, что больна, рефлекторно вскинув руку, посмотрела на браслет. Датчики мерцали зеленым – норма.

Капитан корабля, молча  наблюдавший за метаниями взгляда офицера Хоуп,  усмехнулся и встал, беря слово. Ле Фолгерон коротко кивнул, соглашаясь с правом капитана вмешаться в доклад и сел.

 - Офицеры: Хоуп, Ле Фолгерон, Коваль и Смит, – сдать дела  резервной  смене. Через шесть часов высадка на планету Лилит. Цель – колонизация планеты. Подготовиться к высадке. Остальные офицеры смены свободны. Всем спасибо. Отдыхайте.

Следом за командиром кают-компанию покинули один за другим все. Лишь Энжел все еще сидела в своем кресле. Когда-то давно, когда она впервые вошла в этот круглый зал, и командир указал ей место за  столом, оно приняло ее и ненавязчиво изменило свою форму, подстраиваясь под ее фигуру. Она погладила подлокотник, прощаясь с креслом навсегда. Никто из получивших задание «колонизация» на ее памяти не возвращался сюда.

Прозрачная поверхность стола перед девушкой обрела цвет,  и бортовой компьютер бесстрастным женским голосом сообщил:

- Офицер Хоуп, вас ожидают в медицинском блоке для передачи дел.

На экране монитора застыло изображение стоящей навытяжку  молоденькой девушки в лиловом комбинезоне группы резерва. Энжел провела рукой, стирая изображение со стола. Последним погасли бесстрастные глаза той, что пришла ей на смену.

-

Капитан шел по станции только ему одному известными тропами. Тех, кто создавал и обживал станцию, сейчас не было среди живых. Или можно сказать, что не было. Трудно назвать жизнью, состояние искусственного летаргического сна. Капитан Нойман – А’дам, как когда-то его звали друзья, нередко просиживал в закрытом блоке «вечных снов» у саркофагов своих друзей ночи напролет. С теми, кто создавал этот корабль, продумывая до мелочей его «живучесть». С теми, кто был уверен, что  они смогут спасти свой биологический род и несколько десятков других от вымирания, когда они решились на отчаянный шаг – угон корабля. Порой ему казалось, что он слышит их голоса. И тогда он  учитывал их мнение, принимая  очередное решение.

Он обрек себя на одиночество, когда  понял, что его друзья и жена, постепенно день за днем, теряют чувства и забывают о своей цели и своем предназначении.

Сейчас он шел и вспоминал горящие безумной надеждой глаза жены, когда она захлебываясь мыслью и перебивая саму себя, тыкала ему пальцем в грудь и пересказывала  библейскую легенду о Ное, спасшем все живущее на планете, взяв «каждой твари по паре» на свой ковчег. «Ты – Ной-ман. Адам Нойман! Это твое предназначение!»

 Он помнил горячие споры с друзьями и горечь прощальных  объятий с теми, кто помог осуществить безумный проект Лилит, но решивших остаться на Земле до последнего. У них еще оставалась надежда…

Помнил, как нашел эту планету, и первая группа колонистов покинула станцию, забрав  контейнеры с биологическим материалом, саморазворачивающими домами и  лабораториями. Почему он тогда не остановил их? Ведь, уже тогда в груди ворочался холодный комок не узнавания людей, знакомых  ему много лет. Депрессия замкнутого пространства… Как легко он тогда дал этому название.

 Он помнил, как «выключал» своих друзей один за другим, укладывая их в саркофаг «вечного сна», а они  даже не выказывали недовольства. Лишь безмолвно выполняли приказ, верней просьбу прилечь и выспаться.

Он помнил, как обезумевший от потери, метался по Вселенной, отыскивая миры, пригодные для жизни людей. Как растил детей, отчего-то так же лишенных чувств, как и их спящие родители.

Когда? Когда он понял, что нельзя спасти человечество, если последние из живых лишены воли, чувств, желаний? Где им взять силы, а главное желание, чтобы выжить?

Когда? Когда  не найдя других миров так похожих на родную Землю, вернулся сюда?  И не нашел в живых тех, кого здесь оставил?  Ни их,  ни их потомков. Он похоронил их останки. Тех, кому было все равно жить или умереть.

 Несколько десятков лет  он искал ответ на, возникающий вновь и вновь, вопрос – почему он единственный у кого остались чувства? И каждый раз станция возвращалась к планете, которой он дал имя жены.

Поделиться в соц. сетях

Share to Facebook
Share to Google Plus
Share to LiveJournal
Share to MyWorld
Share to Odnoklassniki
Share to Yandex

Pages: 1 2 3 4

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>