ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ ФАНТАСТИКИ
Get Adobe Flash player

19 января 2014 года исполняется 60 лет Вячеславу Рыбакову, петербургскому писателю, переводчику и сценаристу, доктору исторических наук, специалисту по средневековому Китаю и лауреату Госпремии РСФСР за сценарий фильма “Письма мертвого человека”. 

Вячеслав Рыбаков один из старейшин петербургского семинара Бориса Стругацкого, звезда “четвертой волны” советской фантастики, обладатель большинства жанровых наград, появившихся в России за последнюю четверть века, от “Великого Кольца” и “Аэлиты” до “Интерпресскона”, “Бронзовой улитки” и “Странника”. Как сценарист он успел поработать вместе с Константином Лопушанским не только над “Письмами мертвого человека”, но и над фильмом 2006 года “Гадкие лебеди”, а на рубеже нулевых в соавторстве с коллегой-китаистом Игорем Алимовым создал известный альтернативно-исторический цикл “Евразийская симфония”. Несомненно, Рыбакова можно включить в пятерку самых ярких отечественных фантастов, которые дебютировали в семидесятых-восьмидесятых годах прошлого века и чаще всего выходят за границы жанра. Никто из его сверстников не писал так эмоционально и живо о людях, загнанных в этическую ловушку, о героях, которые вынуждены делать выбор в ситуации, когда ни одно из решений нельзя назвать морально безупречным. В день юбилея писателя вспомним самые примечательные книги Рыбакова из этого ряда.

Первый день Спасения (1986)

“Первый день Спасения” — побочный, но далеко не второстепенный плод работы Вячеслава Рыбакова над сценарием “Писем мертвого человека” Константина Лопушанского. Эта повесть о жизни на руинах цивилизации, пережившей ядерный апокалипсис, появилась задолго до того, как “постапокалиптика” с подземными городами, кровожадными мутантами и отважными сталкерами превратилась в расхожее клише массовой литературы. Рыбаков оседлал первую, самую мощную волну интереса к ядерной катастрофе, пришедшуюся в СССР на конец 1980-х. “Первый день…” — не новеллизация фильма. Если помните, кинокартина Лопушанского давала мало оснований для оптимизма. В последних кадрах главный герой (в исполнении Ролана Быкова), умница, гуманист, почти святой, уводит детей из подземного бункера, в то время как остатки человечества готовятся завершить бойню. Финал вроде бы открытый, но зритель, разумеется, отлично понимает, что в радиоактивной пустыне не выжить — остается уповать только на чудо. Абстрактный символизм такого решения, судя по всему, не слишком устраивал писателя — и на страницах повести он добавил в постапокалиптический сюжет конкретики. В “Первом дне Спасения” не все так безнадежно: человеческое безумие можно остановить, выживших — исцелить. Если сами люди по природе своей на это не способны, найдется мутант, инопланетный пришелец, который придет и спасет нас от нас самих. “Письма мертвого человека” Лопушанского — притча, повесть Рыбакова — рецепт. Увы, как показывает история, рецепт, неприменимый на практике.

Очаг на башне (1990)

“Жизнь дает человеку три радости, — писали братья Стругацкие в повести “Стажеры”, — друга, любовь и работу”. Книга “Очаг на башне” — о том, как мучительно трудно, порой невозможно жонглировать тремя этими шарами одновременно. История, в которой лучший друг использует работу главного героя, чтобы уничтожить его любовь. Собственно фантастического в романе немного, только теория волнового воздействия, которую разрабатывает Андрей Симагин, — в остальном писатель скрупулезно следует канонам реализма. “Очаг…” — книга о любви и зависти, роман страстей, и одновременно — зеркало “позднего застоя” и “ранней перестройки”, слепок общества второй половины 1980-х. Глубокая личная драма об этическом тупике — на фоне изменений, которые переживает страна. Любопытно, что в продолжениях (романе “Человек напротив” 1997 года и “На чужом пиру” 2000-го) герои Рыбакова вспоминают эту душную эпоху, когда невозможно было одновременно дружить, любить и работать, с ностальгией, едва ли не нежностью. Этические тупики нового времени оказались пострашнее любовных треугольников восьмидесятых — и столь же безвыходными. Некоторые знатоки до сих пор полагают, что именно в “Очаге на башне”, первом опубликованном романе, Вячеслав Рыбаков достиг пика своего литературного мастерства.

Поделиться в соц. сетях

Share to Facebook
Share to Google Plus
Share to LiveJournal
Share to MyWorld
Share to Odnoklassniki
Share to Yandex

Pages: 1 2 3

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>