ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ ФАНТАСТИКИ
Get Adobe Flash player

Вторая моя большая любовь — музыка, в особенности классика и поп-рок. Я всё время слушаю музыку. Многие удивляются, что, когда я пишу, у меня фоном что-то играет, но это просто мой стиль работы.

— Говоря упрощенно, разница между научной фантастикой и фэнтези заключается в том, что научная фантастика имеет дело с будущим, а фэнтези — с прошлым. Увлекало ли вас прошлое когда-нибудь и, если да, какой период вам нравился больше всего?

— Да, научная фантастика — это конструирование мифа о будущем. Наверное, я слишком ленивый, но меня всегда пугало, какую колоссальную исследовательскую работу придется проделать, захоти я писать о прошлом…

Думаю, любой писатель всегда восхищается прошлым, хотя бы потому, что прошлое всегда отличается от той эпохи, в которую мы выросли, которая нам привычна.

Лично я, например, всегда увлекался Византией. Наверное, стоит туда добраться — за всю свою жизнь я так и не доехал до Стамбула, так что, видимо, увлечение прошлым не было столь сильным в моем случае.

— Ваша «Осиная фабрика», самая известная книга, была опубликована четверть столетия назад. Изменилось ли ваше отношение к ней?

— Нет, я всё еще люблю эту книгу и горжусь ей.

— Какие книги читаете вы сами?

— Похожие на то, что пишу я сам. Большей частью это мейнстрим — проза и научная фантастика. Наверное, я читаю меньше нон-фикшна, чем мне хотелось бы, но я слишком люблю просто читать хорошие романы!

Еще я читаю то, что мне советуют знакомые, и пытаюсь наконец расправиться с теми классиками, которых я не дочитал в университете.

— Как получилось, что вы увлеклись научной фантастикой, и кто повлиял на вас?

— Я просто много читал фантастику. Думаю, на меня повлияли все авторы, которых я читал, в особенности — естественно, в положительном смысле — могу выделить Брайана Олдисса, Сэма Дилэйни, Барри Бэйли, Альфреда Бестера, Джона Браннера и Джона Слейдека.

И это лишь некоторые из имен. А в отрицательном, реакционном смысле на меня, и в частности на мое представление о Культуре, повлияли многие правые американские писатели.

— В чем основная задача научной фантастики сегодня? Является ли она своеобразным эскапизмом?

— Я не уверен, есть ли у научной фантастики вообще какая-либо сверхцель, кроме общей цели любого литературного произведения — рассказать историю и показать нам самих себя. Эскапизма в научной фантастике меньше, чем в том же фэнтези, меньше и отсылок к каким-то сказочным мотивам.

— Две из ваших книг названы по строчкам из «Бесплодной земли» Томаса Стернза Элиота. Это намеренный литературный прием? Или, может быть, научная фантастика ближе к поэзии, чем реалистическая проза?

— Необязательно. Что касается названий, то всё гораздо проще — мне просто нравится язык, которым написана «Бесплодная земля».

— Какова главная черта личности Иэна Бэнкса?

— Не мне судить… Разве можно быть по-настоящему объективным, когда говоришь о себе? Но подозреваю, что мои друзья ответили бы так: «Ему невозможно, невообразимо везет»» — и, наверное, они были бы правы.

 

Беседовали Влад Поляковский, Ксения Щербино.   Источник http://www.chaskor.ru

Поделиться в соц. сетях

Share to Facebook
Share to Google Plus
Share to LiveJournal
Share to MyWorld
Share to Odnoklassniki
Share to Yandex

Pages: 1 2 3

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>