Кристофер Прист. Магическое мышление – иной способ видения

В апреле 2013 года в Киеве проходил 35-й Еврокон. В его работе, в качестве Почетного Гостя, принимал участие Кристофер Прист. На встрече с читателями он поделился своими мыслями о фантастике и рассказал о себе. Предлагаем вашему вниманию полный текст его выступления. Печатается с разрешения автора.

Кристофер Прист

Магическое мышление – иной способ видения

Киев, Еврокон, 13 апреля 2013 года

Доброе утро! Прежде всего, позвольте сказать, что я очень рад находиться в Киеве – городе, история и легендарная красота которого часто наполняли мои мечты.

Я известен как автор научной фантастики, поэтому и нахожусь тут, на Евроконе. Никогда не отрекался от своего ярлыка научного фантаста, хотя и не особенно люблю его. Данный ярлык часто используется в негативном смысле, и против этого сложно возражать. Прожив жизнь, наслаждаясь лучшим в научной фантастике и пытаясь писать в соответствии с самыми высокими стандартами, я вынужден признать, что не любящие этот жанр люди по-своему правы, поскольку к нему относится много произведений ужасного качества. Но, как известно каждому из присутствующих на Евроконе, существуют также хорошие книги и фильмы. Мы с лёгкостью игнорируем плохое и ценим хорошее. Вот что я надеюсь сделать сегодня, потому что пытаюсь делать это каждый рабочий день.

Я верил в силу, красоту и эффективность фантастики с момента начала писательской карьеры пятьдесят лет назад. Я не планирую изменить своим взглядам в будущем.

Для тех, кто далёк от научной фантастики, она представляется чем-то написанным учёными или для учёных, или для людей с научными склонностями, и с течением времени в эту литературу вплелись социальные клише: «сумасшедшие учёные», «компьютерные гении», «изобретатели». Никогда не мог уверенно сказать, откуда берётся такое восприятие, ведь большинство людей не предполагают, что детективы написаны детективами или для детективов, или полицейские триллеры – полисменами и для полисменов, ведь в таком случае рассказы о привидениях написаны ими самими для своего удовольствия.

Я свободно интерпретирую слово «наука» согласно его оригинальному значению. Наука – это знание. Знание может быть уже известным или требующим открытия. Оно касается многого: людей, общества, секса, войны, любви, политики. Такую науку я понимаю и ставлю на службу искусству. Будучи писателем, я являюсь человеком искусства. Я не умею рисовать, играть на сцене, петь в унисон, плохо танцую, не могу написать симфонию. Но я могу писать, и литература, таким образом, – это искусство, которым я занимаюсь.

Page 1 of 3 | Next page