ПОКОИ ОСЕНИ ВСЕГДА ПУСТУЮТ (Наталья Гараханова)

— Ого! Вот это потрясающе. Хотела бы и я иметь такое же имя.

Орк вздрогнул и закашлялся. Тарин попыталась повернуться к нему, но огромные руки только крепче сжали ее талию, не позволяя сделать лишнее движение. Ну и не надо — обиделась Тарин, а вслух холодно спросила:

— С вами все в порядке, сударь? Мои слова искренни. Хотя, возможно, и не характерны для эльфа. Если вас обидело мое высказывание о вашем имени, то…

— Нет. Не обидело. — Отрезал орк.— В Унг-Дагре, когда женщина говорит мужчине, что ей нравится его имя и она хочет такое же, это значит, что она просит взять ее в жены.

Тут уже пришла очередь кашлять Тарин. Великий Манвэ! Хорошо, что темно и он не видит, как она покраснела. Как можно сказать такую бестактность!

Откашлявшись, она поспешила сменить тему:

— А Мара — что означает?

— Известняк.

— Странное имя для столь прекрасного создания. Это потому что ее шерсть такая переливчато-серая? А на солнце отсвечивает рыжеватыми всполохами?

— Нет. Я нашел ее в горах. Там огромные залежи серого известняка.

Эльфийка поджала губы.

— Очень романтично. Еще поэт называется.

Разговаривать Тарин отчего-то расхотелось. Глаза закрылись. Было что-то успокаивающее в этом мерном покачивании в полной темноте. Она откинула голову на плечо орка, подставляя лицо осенней прохладе.

— Вам не холодно? — чуть погодя спросил он.

Эльфийка улыбнулась. Несмотря на прохладный осенний ветер и легкую одежду, холодно не было ничуть. От Герка Гунд Угла исходил такой жар, что, будь сейчас зима, и тогда Тарин, не почувствовала бы холода. Она вспомнила, что слышала когда-то от Эла, что температура тела орков намного выше, чем у остальных рас.

— С вами, сударь, не замерзнешь. Да и Мара согревает.

Орк усмехнулся прямо ей в ухо и притянул поближе к себе.

Через полчаса они выехали на дорогу к Сезонному Комлексу. Тарин  с сожалением подумала, что сейчас все закончится.

— Хотите еще покататься? Или едем в Комплекс?

Тарин закусила губу. Он еще спрашивает! Конечно, хочу. А вдруг из вежливости, а сам мечтает поскорее от меня отделаться? Надо бы как-то поделикатней выяснить.

Но все что помнила Тарин из рассказов кузена об орках, кроме температуры их тела, было то, что разговаривают они на фенье, которую ошибочно полагали искаженной квеньей. На самом деле, это был искаженный Всеобщий, своеобразный жаргонный вариант. Возможно, если спросить орка на родном языке, то каким-то образом выяснится, не станет ли обременительным продолжение прогулки. Старательно подбирая каждое слово, Тарин произнесла:

— Стопудняк, чувак! — и смущенно добавила, — Если, конечно, вам не в лом.

Орк окаменел на несколько секунд. Эльфийке даже показалось, что он перестал дышать. Но тут послышался ответ, медленно и с расстановкой.

— Если бы мне было “в лом”, я бы этого не делал… сударыня.

Page 1 of 3 | Next page