ЛИТЕРАТУРНЫЙ ЖУРНАЛ ФАНТАСТИКИ
Get Adobe Flash player

Золотой век был запущен Изолятором, одновременно совпав с растущим распространением американских научно-фантастических журналов, восхождением талантливого, но требовательного редактора Astounding Science Fiction Джона В. Кэмпбелла (такой строгий начальник — и оказался жертвой обмана дианетики!) и развитием рынка научно-фантастических романов (который начнёт приносить плоды в 1950-х). Этот период также ознаменовался обретением популярности такими авторами, как Айзек Азимов, Артур С. Кларк, Пол Андерсон, К. Л. Мур, Роберт Хайнлайн и Альфред Бестер. Научная фантастика устоялась в воображении публики как жанр, сочетающий в себе «ощущение чуда» и «практическое» отношение к науке и вселенной, где за искренними и наивными обложками произведений может скрываться мрачное и сложное содержание.

Но понятие «золотой век» означало и ещё кое-что. В своём классическом, часто цитируемом исследовании научной фантастики “Age of Wonders: Exploring the World of Science Fiction” (1984), антологист и редактор Дэвид Хартвелл утверждал, что «золотой век для научной фантастики наступает в 12 лет». Хартвелл, влиятельный цензор, рассуждал о спорах между «взрослыми мужчинами и женщинами», которые «длились до рассвета» на собраниях писателей-фантастов о времени, когда «каждый рассказ в каждом журнале был шедевром дерзкой, оригинальной мысли».

Причины, по которым читатели спорят о том, датировать ли Золотой век 1930-ми, 1950-ми или 1970-ми годами, по словам Хартвелла, заключаются в том, что истинный век научной фантастики — это тот, в котором читатель не может отличить плохую литературу от хорошей, прекрасное от ужасного, а вместо этого впитывает и оценивает необыкновенную атмосферу и великолепные сюжеты историй.

Это достаточно странное утверждение, которое требует исключений. Оно часто цитируется людьми, которые не задумываются о том, как это столь блистательный антологист-редактор, который открыл читателям имена таких литературных тяжеловесов, как Джин Вулф и Филип К. Дик, вдруг захотел (непреднамеренно?) извиниться за научную фантастику, в то же время оставаясь очарованным сентиментальностью, которая противоречит сути настоящей спекулятивной фантастики.

Возможно, аргументом в пользу позиции Хартвелла бы стало то, что научная фантастика в США и, в определённой мере, в Соединённом королевстве, распространялась через бульварные журналы, которые воспринимались как «низкое искусство». Заявленный «культурный упадок» в научной фантастике часто сочетается с жестокой правдой о том, что неблаговидная история происхождения часто очерняет литературу, и это может привести к оценке, основанной на том, как шикарно выглядит фасад дома, а не его внутреннее убранство. Новый Кафка, заявивший о себе из космополитичной Праги, скорее будет провозглашён гением, чем, скажем, выходец из Кроуфордвилла, штат Флорида.

Есть и ещё кое-какой изъян у частных бульварных журналов, за который действительно хотелось бы извиниться, а именно — эксцентричные редакторы-любители, которые иногда проходили лишь небольшое формальное обучение и имели столько же странностей, сколько веснушек на лице, и которые поначалу оккупировали американский рынок научной фантастики. Изолятор порой казался наименьшим из зол.

Однако данные свидетельствуют о том, что даже бульварные журналы иногда печатали более серьёзные вещи, чем обычно считалось, и тезис о том, что «золотой век для научной фантастики наступает в 12 лет» в каком-то смысле подрывает правду о таких публикациях. Вдобавок, он оставляет за скобками всю серьёзную научную фантастику, написанную вне бульварной традиции.

Поэтому мы скромно предлагаем утверждение, противоположное популярному мнению и основанное на доступных нам фактах… Настоящий золотой век для научной фантастики наступает в двадцать один год. Доказательство этого может быть найдено в содержании этой антологии, где мы настолько подробно, насколько возможно, рассмотрели всю совокупность того, что мы думаем о научной фантастике, не отдавая привилегий доминирующей традиции, но и не отбрасывая её. Она может показаться перенасыщенной или типичной на первый взгляд, раскрывая свою индивидуальность и уникальность в более широком контексте. Взглянув на неё в третий или четвёртый раз, вы поймёте, что истории из абсолютно разных традиций имеют много общего и ведут интересный диалог друг с другом.

Death of Curate, Henrique Alvim Correa. War Of The Worlds Illustrations, 1906

Поиск определения «научной фантастике»

Поделиться в соц. сетях

Share to Facebook
Share to Google Plus
Share to LiveJournal
Share to MyWorld
Share to Odnoklassniki
Share to Yandex

Pages: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *

You may use these HTML tags and attributes: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>